Емельян Пугачев – восьмой по счету Лжепетр III – оказался наиболее удачливым, чем все остальные. Он признавал, что не мог сдерживать жестокости своих сторонников. О том, как формировался образ Петра Федоровича, казачестве, реакции власти на самозванство, требования к Екатерине, пленении Пугачева – рассказал Алексей Павлович Синелобов, кандидат исторических наук, доцент кафедры истории России МПГУ.